8 ноября

Девочки, или Заметки из психушки. День первый

Мнения
95 0480
Автор:
Марина Веселуха
Размер шрифта:
  • A
  • A
  • A

Из этических соображений имена героев изменены

26.10. – 01.11.2017

День первый

Медсестры и санитарки называют всех больных «девочками». Это выглядит удивительно, если знать, что девочка тут – это и 17-летняя девушка, и подросток, и женщина на 9-м месяце беременности, и взъерошенная бабушка с отсутствующим взглядом, и Магдалена (с ней познакомимся позже).

- Девочки, идем за таблетками!

- Девочки, подождите, порций хватит всем, не торопитесь!

- Девочки! Ну, что это за дурдом!

Но мы же действительно в дурдоме!

***

- Ничего не происходит! Когда что-нибудь произойдет? Позвоните папе!

Лиля резко вскакивает, выбегает из палаты, а потом не может найти в нее вход. Валя ровненько расставляет тапочки соседок по палате, заботливо накрывает всех, кто спит, одеялами. Маша, девочка-инвалид, которой с виду 5-6 лет (а на самом деле, потом узнаю, 30), как только мама куда-то уходит, ползет через кровати, лезет в мою сумку, дотрагивается до моей ноги и… облизывает пальцы. Свои. Я в ужасе прижимаюсь к спинке кровати. Как засну, она же и по мне может поползти!..

Это палата номер 7, одно из самых страшных мест лечебницы. Тут больные, которых ни на минуту нельзя оставлять без присмотра. Страшней – только палата 6, где находится больше десятка больных, а новеньких, когда не хватает кроватей, кладут на кушетки. Двери – прозрачные, стены – с большими стеклянными окнами. На окнах, которые выходят во двор, – решетки. За тобой все время наблюдают и без сопровождения нельзя выйти даже в туалет.

Да, я в психушке, закрытом женском отделении психиатрической клиники.

В ужасе захожу в туалет. В кабинках нет дверей. В коридоре – больные.  В выцветших халатах непонятного цвета. С взъерошенными или давно не мытыми волосами и пустыми глазами. Они повсюду. Шаркают, смеются, что-то шепчут. Все время ходят туда-сюда по коридору. Потом я пойму, что это единственное место для прогулки, потому что на улицу в это время года не выпускают. Совсем.

***

На счастье, из палаты наблюдения меня быстро переводят в 9-ю. Теперь на соседних кроватях – шизофреничка Люба, которая слышит голоса и лежит тут уже месяц; подросток Оля, которая не может запомнить даже самую простую информацию типа имен соседок и номера палаты. Женщина, которая отказывается есть, и все время плачет и повторяет «Что я наделала, что я наделала!».

***

Заходила Магдалена, местная бабка-клоун, которая лежит в психушке с мая, предлагала всем погадать на картах – цыгане научили еще, когда была молодая. А перед отбоем она снова зашла к нам и попросила Любу снять с нее платье: самой руки болят. Под платьем – даже белья не было. Так и пошла в свою палату по коридору.

***

Тут нет мобильных телефонов, стационарный – один на всех – средство связи с миром. Но позвонить могут только тебе в специально отведенное для этого время. Часы – тоже одни на всех. Чтобы узнать время, нужно прийти на пост медсестры.

***

У меня в руке – катетер после капельницы. Я дней семь не ела, поэтому теперь «питаюсь» только так. Рука болит, согнуть ее невозможно. Даже не представляю, как переодеться в пижаму. Да и засыпать страшно…

Продолжение следует.

Литературный критик
95 0 480

Чтобы перейти к обсуждению выполните вход или зарегистрируйтесь

Наверх