23 августа

«Я изначально знала, что должна работать в сфере онкологии»

Жизнь с онкологией
4 0 31
Автор:
Размер шрифта:
  • A
  • A
  • A

Адрианна Соболь, психоонколог онкологической больницы Магодент, научный сотрудник кафедры онкологической профилактики Медицинского университета Варшавы, член правления Фонда «Onkocafe – Razem Lepiej», участник Эстафеты «Во имя жизни».

Я никогда не боялась таких мест

Когда мне было 7 лет, у моего дедушки обнаружили рак простаты. Я сопровождала его в онкологический центр на процедуры. И когда впервые переступила порог центра, для меня он стал самым увлекательным местом на земле. С тех пор я никогда не боюсь таких учреждений.

До сих пор помню плакат, который висел тогда на стене. На нем было изображено лечение онкопатологии головы при помощи лучевой терапии. Я так внимательно рассматривала его, что ко мне подошла медсестра и сказала: «Ты с таким восхищением за всем наблюдаешь. Ты обязательно должна стать врачом».

Вот так сложился мой путь – я изначально знала, что должна работать в сфере онкологии.

Мой первый опыт в психоонкологии появился во время обучения в университете. Я проходила стажировку в фонде «I Have A Dream» и оказывала поддержку детям и родителям онкопациентов.

Закончив изучать психологию, захотела работать в онкологической клинике с очень известным не только в Польше специалистом в онкологии. Я разыскала его и напросилась на работу в этой клинике. Он посмеялся над моей наивностью, но согласился и принял.

Я совсем не предполагала, что начало будет настолько тяжелым! В клинике врачи не признавали психоонколога, не понимали его роли. Поэтому я чувствовала себя инородным телом – не было даже описания моих служебных обязанностей. Пришлось начинать с нуля. Многое делала интуитивно. Я вынуждена была учить врачей сотрудничеству. Они же толком не понимали, как со мной работать и что я вообще делаю. Поэтому вначале ставили передо мной очень сложные задачи. Например, они хотели, чтобы я, а не они, информировала пациентов о неизлечимой болезни.

 

Психоонколог помогает не только пациентам, но и врачам

Поначалу мне пришлось самой проявлять много инициативы. Помню, когда я впервые зашла в палату к пациентам и сказала: «Здравствуйте! Меня зову Адрианна Соболь, чем я могу быть вам полезной?», то привела их в состояние шока. Но потихоньку мы стали вместе учиться тому, как быть полезными друг другу.

Я беспрерывно совершенствовала свои знания в области психоонкологии. Своим примером, когда я активно выходила навстречу пациентам, а не ждала, когда они ко мне обратятся, помогала не только себе и пациентам, но и персоналу больницы. Ведь психоонкологи не только помогают врачам взаимодействовать с пациентами, но также мы занимаемся образованием и их, и пациентов. У врача всегда мало времени. Он поставил диагноз, пациент ушел, и свою роль начинает выполнять психоонколог, который ведет разъяснительную работу. Иногда врачи забывают о смысле общения. Например, у меня есть пациентка с раком груди, которая прошла через операцию, химиотерапию, радиотерапию. Хоть ее лечение закончилось два года назад, она до сих пор ходит ко мне на консультации, потому что каждое утро, когда она просыпается, у нее в ушах звучат слова врача о том, что у нее очень плохая форма рака, и что ничего хорошего ее не ждет.

Когда я поняла, что мне нужно знать для того, чтобы качественно работать с онкопациентами, получила дополнительное последипломное образование по курсу когнитивно-поведенческой терапии.

После этого устроилась на работу в другую больницу и начала работать с фондом «Onkocafe – Razem Lepiej». Совместными усилиями мы распространяем знания о психоонкологии как составной части лечения. Мы «заражаем» людей мыслью о том, что психоонколог не должен быть спутником человека, отводящим его в иной мир, а наоборот – он должен быть спутником на протяжении лечения онкопациента.

Большую роль для развития психоонкологии в Польше выполнили организации онкопациентов. Они много лет создавали уверенность в необходимости психологической помощи больным, старались дойти до всех сред: до врачей, преподавателей, людей, ответственных за принятие решений. Они усилили голос психологов, который звучал недостаточно громко.

Совместными усилиями психологи, онкопациенты, общественные организации и все заинтересованные убедили правительство принять решение о роли психоонкологов в процессе лечения.

В настоящее время психоонкологическое сообщество в Польше активно расширяется и укрепляется. Очень активны организации пациентов, потому что они отдают себе отчет, насколько важна психоонкологическая поддержка. Эти организации имеют все большую силу во всей системе принятия решений. Они призывают к тому, чтобы работа психоонкологов регулировалась, чтобы пациенты имели доступ к такой помощи. Работая в направлении распространения и повышения значимости психологической поддержки, они получают необходимые знания и побуждают администрации онкоучреждений к организации получения такой поддержки в стационарах.

В последние два года я все больше замечаю, что пациенты целенаправленно ищут помощь частных психоонкологов, даже при том, что они получают такую поддержку в больницах. Это свидетельствует о том, что уже сами пациенты все больше отдают себе отчет в значимости такой помощи, и ищут для себя хороших, подходящих им специалистов.

К тому, что в Польше есть сегодня, сообщества шли 10 лет

Последние 10 лет можно сравнить с тем, как будто я долго пыталась пробить головой дыру в стене. И сейчас есть ощущение профессионального успеха.

В то же время тема психоонкологии перестает быть темой табу, она становится повседневно затрагиваемой, обсуждаемой в семьях, среди пациентов и в профессиональных кругах. Например, в моем медицинском учреждении сам персонал – врачи, медсестры, санитары – проявляют желание пройти подготовку в области психоонкологии. Это связано с изменением общей парадигмы, с тем, что система здравоохранения начинает подходить к онкопациентам как людям с хроническим заболеванием. Поэтому и здоровым, и хронически больным нужно научиться обеспечивать качество жизни и налаживать сосуществование.

Сейчас на любой уважаемой медицинской конференции присутствуют психологи и психоонкологи. Большие международные фирмы просят проводить обучение своего персонала, чтобы каждый работник был готов коммуницировать с людьми с онкозаболеваниями в своем коллективе. В медицинском университете есть предмет психоонкология.

Если 10 лет назад присутствие психоонколога в больнице было почти незаметным, то недавно, когда я пошла в декрет, мое отсутствие стало для больницы кризисом. Весь медперсонал уже привык, что я облегчаю их работу, потому что пациент, которым занимается психоонколог, который хорошо проинформирован, − это пациент, который лучше и легче проходит лечение.

Когда-то говорили, что самое важное для онкопациентов – это терапия. Сейчас же медики знают, что без поддержки психоонколога растут риски отказа пациента от лечения, не говоря уже об адекватном качестве жизни. Уже невозможно разделить медицинскую и психологическую помощь онкопациенту.

Но психоонкологов по-прежнему слишком мало. В 2013-2014 годах из 500 тысяч пациентов 200 тысяч не имели ухода со стороны психоонкологов. Хотя количество желающих посещать практические занятия, которые мы организуем для студентов психологических факультетов, с каждым годом увеличивается в 2 раза. Это свидетельствует о том, что интерес к этой профессии растет.

Я – живой человек и, как и все, сталкиваюсь с трудностями

Обычно люди говорят, что они преодолевают трудности при поддержке семьи и друзей. Я не исключение. Когда есть трудность, я ее обдумываю, обсуждаю с близкими, вместе ищем решение. Главное, не стесняться собственной слабости. Если человек не стесняется слабости, он может сформулировать ее и перейти к следующему шагу. К тому же, если есть, с кем это обсудить, тогда намного проще. Поэтому я бы тоже сказала, что семья в разрешении трудных кризисных ситуаций – незаменимый элемент. Меня также вдохновляют другие люди. Особенно я люблю слушать людей старше. Часто они становятся для меня героями со своими простейшими историями.

Очень люблю кинематограф. Один из самых любимых фильмов – «Форрест Гамп»: там есть все. И каждый раз, когда пересматриваю этот фильм, открываю в нем что-то новое. Вообще я люблю искусство, путешествия и бег. В последнее время открываю для себя классическую музыку. Мы с мужем купили годовой абонемент в оперный театр, и теперь я изучаю оперу, учусь ее понимать.

По жизни иду с любимым девизом «Не говори попусту, а делай».

 

Благодарим Адрианну Соболь за поддержку Эстафеты «Во имя жизни». До встречи 24 августа 2019 в Минске. Эстафета «Во имя жизни» – это акция для онкопациентов и их близких. Будем учиться грамотно помогать себе и нуждающимся. Против рака мы сильнее вместе!

4 0 31

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)

Чтобы перейти к обсуждению, выполните вход или зарегистрируйтесь

Наверх