3 марта
03.03.2020

Недееспособный?! Как уйти от крайностей

logo
Психическое здоровье
169 0 513
Размер шрифта:
  • A
  • A
  • A

В общественные организации и СМИ часто обращаются люди, лишенные дееспособности. Из-за заболевания они существенно ограничиваются в правах, теряют квартиры, попадают в интернаты, выйти из которых крайне сложно. Психиатры – ключевые фигуры в этом процессе, от их решения во многом зависят судьбы таких пациентов. Представители общественных организаций задали важные вопросы экспертам Государственного комитета судебных экспертиз и врачам-психиатрам.

Учитывать прошлый опыт и компетенции человека

 
Олег Граблевский
Юрист просветительского правозащитного учреждения «Офис по правам людей с инвалидностью»
Конвенция о правах инвалидов исходит из того, что люди не могут ущемляться в правах по причине медицинского диагноза. На практике же из-за психического расстройства пациенты сталкиваются с существенными ограничениями. Их лишают дееспособности по инициативе родных, поликлиник, прокуратуры.

Юрист привел пример. Валентина Карват писала много жалоб на поликлинику (хотя позже выяснилось, что она писала и благодарности). Вместо того, чтобы просто прекратить с ней переписку в рамках Закона об обращениях граждан, поликлиника обратилась в прокуратуру, которая инициировала вопрос о лишении ее дееспособности. И суд вынес это решение – в частности, на основании того, что у женщины «отсутствует критика своих убеждений».

 
Олег Граблевский
Юрист просветительского правозащитного учреждения «Офис по правам людей с инвалидностью»
Мы не ставим под сомнение, что у женщины есть медицинский диагноз и определенные проблемы, но они не мешали ей все это время самостоятельно жить в своей квартире. Она не нарушала порядок, не привлекалась к административной ответственности. Но этот опыт не был отражен в заключении эксперта. В результате женщина попала в интернат, ее квартира отошла городу, и теперь невозможно восстановить дееспособность, потому что ее некуда выписать. Наша практика показывает, что суд, принимая решение о признании человека недееспособным, опирается главным образом на экспертизу эксперта Госкомитета судебных экспертиз, который выставляет диагноз и дает оценку состояния здоровья. Процедура, на наш взгляд, закрытая, на нее сложно влиять.

Поэтому главный вопрос медикам у организации такой: есть ли предпосылка к тому, чтобы оценка человека производилась не только с точки зрения диагноза и понимания значения своих действий, но учитывались и его компетенции, возможности самостоятельного проживания, прошлый опыт, социальные связи и другие социальные факторы? Как сместить фокус на поддержку, а не на изоляцию человека? Как правозащитники могут на это влиять?

Нужно уходить от «недееспособности»

Проблема восстановления дееспособности очень актуальна для проживающих в психоневрологических интернатах (ПНИ). Многие из этих людей могли бы жить вне стен учреждения.

 
Ольга Доминикевич
Директор социально-благотворительного учреждения «Есть дело»
Мы до сих пор не можем понять, зачем появилась законодательная норма, что по достижении 18 лет все проживающие здесь люди лишаются дееспособности, причем автоматически. Комиссия их даже не видит. Это значительно усложняет процесс деинституализации интернатов, который де-факто медленно продвигается в Беларуси.

Общественные организации многое делают для гуманизации системы. В частности, с 2006 года реализуются проекты по открытию в интернатах отделений сопровождаемого проживания, цель которых – подготовить людей к самостоятельной жизни и восстановить дееспособность. В рамках проектов это получилось у 33 выпускников. Но процедуру проходили не с первого раза и не все.

 
Ольга Доминикевич
Директор социально-благотворительного учреждения «Есть дело»
Ребята были обескуражены вопросами экспертов комиссии: «Сколько планет в Солнечной системе и как они называются?», «Знаешь ли ты, как попасть из Минска в Париж?» Разве эти вопросы определяют возможность человека жить самостоятельно? Поэтому нас очень интересует, есть ли возможность получить официальные разъяснения по процедуре восстановления дееспособности и подготовке к ней. А также – насколько сегодня возможен другой подход: не лишать человека дееспособности, а определять возможность к самостоятельному проживанию, исходя из объема необходимого сопровождения?

В развитых странах используется как раз такой принцип, там уже давно нет понятия недееспособности, подчеркивает эксперт.

Привлекать не только психиатров

МОО «Голос сердца» также давно разрабатывает проблему деинституализации взрослого населения ПНИ. В частности, они пролоббировали идею образования.

 
Светлана Блай
Директор МОО «Голос сердца»
В рамках нашего проекта в ПНИ были открыты оборудованные всем необходимым Центры обучения и развития, где проходили обучение люди с потенциалом. Их оказалось немало. Национальный институт образования разработал учебно-методический комплекс для занятий, были написаны программы и методические рекомендации для специалистов.1 сентября со всеми учащимися в стране они сели за парты получать знания. Это был праздник! Непрерывное образование стало каждодневным занятием. Но что потом? Мы поняли, что наступило время обучения будущей профессии. Но для этого нашим «ученикам» нужно вернуть дееспособность! Мы продвинулись до трехмесячного обучения в колледже. 12 человек получили сертификаты об окончании курсов по профессии «столяр», «швея», «рабочий зеленстроя». Сейчас мы получаем долгожданный подарок – частичное возвращение дееспособности. Нам кажется, что наравне с психиатрами к этому вопросу должны подключаться социальные работники и реабилитологи.

Новое законодательство расширит возможности экспертов

Татьяна Островская, заместитель начальника Управления сложных судебно-психиатрических экспертиз Главного управления судебно-психиатрических экспертиз Центрального аппарата ГКСЭ, эксперт-психиатр, пояснила нюансы их работы.

 
Татьяна Островская
Заместитель начальника Управления сложных судебно-психиатрических экспертиз Главного управления судебно-психиатрических экспертиз Центрального аппарата ГКСЭ, эксперт-психиатр, пояснила нюансы их работы
Наличие диагноза психического расстройства не является критерием для лишения дееспособности. Эксперт проводит комплексную оценку разных сторон жизни человека. Классификация, которой руководствуются психиатры в своей деятельности, подразумевает четкие, понятные, верифицируемые критерии психического расстройства. Без них диагноз не может быть установлен. Другое дело, что для обычных людей критерии расстройства не так очевидны, как для психиатра, поэтому может быть непонимание нашей работы.

Оценка сугубо школьных базовых знаний никогда не является основанием для решения вопроса о способности человека понимать значения своих действий и руководить ими. Помимо базовых знаний анализируются навыки социального функционирования, социальной понятливости, которые определяют возможность жить самостоятельно, пояснила эксперт.

С 1 августа 2020 года вступят в силу поправки в Гражданский кодекс, которые вводят понятие «ограниченная дееспособность».

 
Татьяна Островская
Заместитель начальника Управления сложных судебно-психиатрических экспертиз Главного управления судебно-психиатрических экспертиз Центрального аппарата ГКСЭ, эксперт-психиатр, пояснила нюансы их работы
Ограниченная дееспособность даст нам возможность избежать полярных крайностей: дееспособен/недееспособен, уменьшит стигматизацию психиатрии и расширит права пациентов. Судебные эксперты принимали активное участие в разработке этих новшеств и приветствуют их законодательное закрепление.

Эксперты готовы рассматривать любую информацию о человеке, которую стороны процесса и опекуны могут предоставлять в определенном порядке, уточняет эксперт-психиатр. Например, при подаче заявления о восстановлении дееспособности можно ходатайствовать в суде, чтобы были опрошены соседи, друзья, работники интерната. Можно собрать пакет документов в произвольной форме с показаниями свидетелей, характеристики человека.

 
Татьяна Островская
Заместитель начальника Управления сложных судебно-психиатрических экспертиз Главного управления судебно-психиатрических экспертиз Центрального аппарата ГКСЭ, эксперт-психиатр, пояснила нюансы их работы
Заключение эксперта – лишь один из источников доказательств для суда. При наличии сомнений, недостаточной ясности и в иных случаях, предусмотренных законодательством, суд вправе назначить дополнительную или повторную экспертизу.

Диагноз не обнуляет личность

Сегодня в мире происходит деинституализация психиатрии и перенос акцента с оказания стационарной медицинской помощи на социальную поддержку и помощь в обществе. Это менее страшный и более демократичный путь, говорит Оксана Шилова, заведующая лабораторией клинико-эпидемиологических исследований РНПЦ психического здоровья, кандидат медицинских наук, психиатр-нарколог высшей категории.

 
Оксана Шилова
Заведующая лабораторией клинико-эпидемиологических исследований РНПЦ психического здоровья, кандидат медицинских наук, психиатр-нарколог высшей категории
Слово «страшный» я упомянула не случайно. Сегодня популярно такое движение, как антипсихиатрия, когда по целому ряду причин психиатры наделяются демоническими чертами. Мол, мы портим жизнь людям, ставя свои диагнозы. Одна из причин в том, что для обычных людей критерии диагноза непонятны. Часто на своих приемах я слышу фразы вроде: «Вы хотите сказать, что мой сын сумасшедший?!» И зачастую людям невозможно объяснить критерии нашей работы, они не готовы слушать и принимать. К примеру, здесь упоминались люди с «системой убеждений». Это тяжелейшая жизненная драма пациентов с хроническим бредовым расстройством, когда эти убеждения болезненные, не поддаются коррекции, но нарушают состояние и поведение человека, что может приводить к печальным последствиям. Грань между ограничением прав и социальной защитой пациентов очень тонкая. Их часто находят в антисанитарных условиях, проживающих в квартирах с отключенным газом и водой. Мы понимаем и страх соседей/родственников, и страдание пациента, которого лишают дееспособности и помещают в интернат помимо его желания. Это две стороны одной медали. Часто психиатров спрашивают: вы можете гарантировать, что этот человек не причинит вред себе и окружающим, что справится сам? Далеко не всегда.

Диагноз ничего не обнуляет, человек остается личностью со своими особенностями. Поэтому было бы идеальным оценивать состояние с позиций объема необходимого сопровождения, как это происходит в ряде развитых стран, где исходят не из ограничений, а из возможностей пациента, где развивается система помощников, тьюторов, воспитателей. Но насколько возможен такой подход у нас – не медицинская проблема, а социальная, экономическая и законодательная, считает эксперт.

Как влиять на процесс

– Законодательство дает возможность активно участвовать в процессе лишения/восстановления дееспособности, а также задать экспертам интересующие вопросы в рамках их допроса в судебном заседании, в случае принятия такого решение судом, поясняет Анна Жданова, официальный представитель центрального аппарата ГКСЭ. – Также можно ходатайствовать перед судом о поручении проведения экспертизы или привлечении к ее производству других специалистов (соцработников, реабилиологов, других врачей, работников научных кафедр медицинских и иных ВУЗов). Судмедэксперт работает с теми документами, которые получает по решению суда. У сторон есть право собрать пакет документов и просить суд предоставить их для оценки эксперту. Мы открыты для диалога.

Всегда есть возможность позвонить по указанным на сайте телефонам и утонить вопросы, касающиеся различных аспектов работы эксперта. Либо направить устное, письменное или электронное обращение.

Фото экспертов – Оксана Журавлева.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram, группы в FacebookVKOK и будьте в курсе свежих новостей! Только интересные видео на нашем канале YouTube, присоединяйтесь!

Материалы на сайте 24health.by носят информационный характер и предназначены для образовательных целей. Информация не должна использоваться в качестве медицинских рекомендаций. Ставит диагноз и назначает лечение только ваш лечащий врач. Редакция сайта не несет ответственности за возможные негативные последствия, возникшие в результате использования информации, размещенной на сайте 24health.by.

Читайте нас на Яндекс-дзен

169 0 513

Журналист и медиатор, в журналистике около 20 лет. Основной интерес - социальные проблемы. Закончила журфак БГУ. До портала «Здоровые люди» и газеты «Медицинский вестник» работала в редакции "Аргументы и факты" в Беларуси, еженедельниках «СССР: постфактум», «Московский комсомолец в Беларуси», национальной общественно-просветительской газета «Культура», Интернет-издании Оpen.by. Член Белорусской ассоциации журналистов. Материалы Анны выделяются чёткой структурой, глубиной раскрытия темы и своей аналитичностью. Хобби: литература, написание детских книг. Автор проектов: ТеДДи (Трибуна для детей) - национальная площадка для высказывания мнений и позиций детей по волнующим проблемам (совместный проект еженедельника «Аргументы и факты» в Беларуси, РОО «Белорусская Ассоциация клубов ЮНЕСКО», Представительства Детского фонда ООН в Республике Беларусь (ЮНИСЕФ)./Врачи – тоже люди (24health.)/Домашний уход за тяжелобольными (совместно с Белорусским Обществом Красного Креста) (24health.by) /Врачебные онлайн-конференции (24health.by совместно с tut.by).
Наверх