27.01.2022
27.01.2022

Что общего между трудоголизмом и интернет-зависимостью

logo
Психическое здоровье
0 85
Размер шрифта:
  • A
  • A
  • A

Знаете ли вы, что трудоголизм ничем не лучше игромании? И то, и другое – модели девиантного поведения, обусловленного зависимостью в одном случае от работы, в другом – от азартных игр, включая виртуальные. В последние годы особую остроту приобрела проблема девиантного поведения у подростков. Проживание молодыми людьми виртуальной жизни в ущерб реальной, забвение интересов, существенные изменения психики на фоне зависимости от гаджетов в современном мире вызывают все большую тревогу.

Как остановить эпидемию интернет-зависимости среди подростков? Как отличить активное пользование гаджетов от патологического пристрастия? Можно ли защитить ребенка от болезненного увлечения, запретив ему пользоваться электронными устройствами? Спросили у экспертов, авторов книги «Психология девиантного поведения» – врача-психиатра высшей квалификационной категории, д.м.н., профессора Алексея Егорова (Россия) и врача-психиатра высшей квалификационной категории, д.м.н., профессора Сергея Игумнова (Беларусь).

Что такое девиантное поведение

егоровАлексей Егоров:

– Девиантное поведение – это отклонение от социальной нормы, т.е. тех правил, законов и норм, которые в данный момент существуют на данной территории. В разных странах могут быть разные социальные нормы.

Т.е. девиантное поведение – это не медицинский термин. В медицине есть понятие медицинской нормы и, соответственно, отклонений от нее.

Однако, если учесть, что под девиантным поведением понимают любое грубое отклонение от принятых норм поведения, то и гениальность, например, и болезнь тоже могут попадать под это определение.

Поэтому над формулировкой термина пришлось тщательно поработать. В итоге классифицируют 5 форм девиантного поведения. Наиболее распространенной формой расстройств поведения, в том числе у подростков, являются так называемые аддикции: девиантное поведение, обусловленное употреблением психоактивных веществ, а также нехимическими зависимостями (игромания, интернет-зависимость и т.д.).

И да, надо понимать, что однократный «выход» за рамки нормы не может рассматриваться, как поведенческое расстройство. Девиантное поведение предполагает стойкое повторение поступков, образа жизни, намерений и т.д. (кроме суицидального поведения, которое также относится к формам девиантного). И в этом случае проблема перестает быть только социальной или психологической, но становится еще и медицинской.

подросток

Правда ли, что интернет-среда влияет на увеличение агрессии у подростков?

игуменовСергей Игумнов:

– Еще в конце 70-х годов прошлого века американские исследователи посчитали, что к совершеннолетию подросток видит в телепередачах не меньше 20 тысяч сцен агрессивного поведения, в том числе сексуального и т.д.

Сейчас, когда есть и телевидение, и интернет, и компьютерные игры, эта цифра наверняка в разы больше. Тематика агрессии присутствует с самого раннего возраста: полно компьютерных игр для дошкольников, цель которых победить (равно уничтожить) врага.

Известный американский психолог Леонард Берковиц, посвятивший жизнь изучению человеческой агрессии, пришел к выводу, что увиденные где-то картины агрессивного поведения (на экране, например) могут интерполироваться (встраиваться) в структуру психики.

На основании исследований Берковица в тех же Штатах, а затем и многих западных странах появились правила, ограничивающие трансляцию агрессивных сюжетов.

Есть ли смысл запретить ребенку пользоваться гаджетами до определенного возраста, например? Насколько вообще эффективны запретительные меры?

зависимость

Алексей Егоров:

– На мой взгляд, в этом вопросе тактика запретов даже в отношении ребенка, а тем более подростка – это неперспективно и нереально. Мы живем в новой реальности, где дети с рождения на «ты» с гаджетами, в пользовании ими они умнее, «прошареннее» взрослых и в любом запрете найдут выход (если не сами, то с помощью друзей). И вообще, запретить не значит полностью изолировать. Вспомните, сколько закрывали «магазинов» в даркнете по продаже наркотиков, а они все равно есть. Поэтому с ребенком надо разговаривать и объяснять, объяснять и разговаривать. И начинать делать это задолго до того, как чадо будет не оторвать от экрана. Тогда уже и поздно, и бесполезно.

С другой стороны, на уровне государства какие-то ограничительные меры вполне могут быть. В России, например, в 2006-м году были запрещены казино. Да, игроманы ушли в интернет, т.е. все равно нашли, где получать «кайф». Вместе с тем введенные ограничения привели к тому, что бабушки перестали проигрывать пенсии в игровых автоматах, а студенты – стипендии. Разве это не плюс?

Как отличить активного пользователя гаджетов и интернета от пациента с болезненной зависимостью?

интернет-зависимость

Сергей Игумнов:

– Примерно так же, как отличить трудолюбивого человека от трудоголика. Трудолюбивый человек может работать и по 12 часов в сутки, и по 16, но это, скажем так, вынужденная мера и перед ним стоит какая-то цель: например, карьерный рост или материальное благополучие семьи. А для трудоголика работа и есть самоцель. Без работы он впадает в уныние и тоску.

Так и в случае с интернет-зависимостью или игроманией. Есть люди, чья профессия обязывает их много времени проводить за компьютером. Есть профессиональные игроки в компьютерные игры, которые регулярно «тренируются», участвуют в соревнованиях, побеждают и занимают призовые места. Но если человек путает день с ночью, у него нарушается режим сна и бодрствования, он теряет аппетит или банально «забывает» за играми, что ему нужно есть, принимать душ, выполнять какую-то работу по дому, он перестает общаться с друзьями и близкими и ищет любой повод вернуться к гаджету, это уже деструктивное состояние. Здесь нужна помощь.

Алексей Егоров:

– Для зависимого человека самое главное в жизни – предмет его зависимости. Ничего больше не существует, ничто не вызывает интереса. Когда родители изо дня в день замечают, что ребенок все делает нехотя, «из-под палки» и старается как можно быстрее закончить, чтобы только вернуться к компьютерной игре или телефону (и только это приносит ему настоящее удовольствие) – это уже проблема.

Ковид повлиял на рост нехимических зависимостей?

игроман

Алексей Егоров:

– За последние полтора года только игроманы (люди, которые уже имели игровую зависимость) стали играть больше, остальные, на удивление, – нет. Хотя общее количество времени, проводимое в интернете, закономерно увеличилось. Выросли запросы на сайты для взрослых. А также произошел скачок пищевой зависимости. И то, и другое, и третье вполне объяснимо в условиях перманентной изоляции, локдауна, работы на удаленке.

Существует ли эффективная профилактика подростковой интернет-зависимости?

Алексей Егоров:

– Любая профилактика девиантного поведения у подростка – это разнообразная, насыщенная жизнь. И любовь. Самое страшное для ребенка – недолюбленность, отсутствие поддержки близких, одиночество. Для ребенка крайне важно получать положительные эмоции. Если он не получит их от вас, он получит их в другом месте: в наркотиках, интернете, играх.

Материалы на сайте 24health.by носят информационный характер и предназначены для образовательных целей. Информация не должна использоваться в качестве медицинских рекомендаций. Ставит диагноз и назначает лечение только ваш лечащий врач. Редакция сайта не несет ответственности за возможные негативные последствия, возникшие в результате использования информации, размещенной на сайте 24health.by.

Читайте нас на Яндекс-дзен

0 85

Журналист. Высшее образование. Член Белорусского союза журналистов. Стаж работы в профессии – 20 лет. Белоруска. Родилась в г. Ганцевичи Брестской области. В 2001 году окончила факультет журналистики Белорусского государственного университета по специальности «Журналистика». Работала специальным корреспондентом отдела экономики газеты «Белорусская нива», обозревателем отдела писем, обозревателем отдела социальных проблем газеты «Советская Белоруссия» (в настоящее время «Издательский дом «Беларусь сегодня»). С 2016 года - корреспондент собственный отдела интернет-проектов РУП «Редакция газеты «Медицинский вестник». С 2000 года является членом Белорусского союза журналистов (БСЖ). В 2002 году стала лауреатом премии БСЖ за лучшую журналистскую работу. В 2017 году – лауреатом премии БСЖ «Золотое перо».
Смотрите также